March 16th, 2019

Островок

Старшая в среднем звене совсем поменялась. Даже рассказывать не хочется, какой неприятный, разболтанный и пофигистичный этот пятый класс. И не только в смысле детей. Дети ведь только зеркало общей атмосферы, и как Губка Боб, принимают заданную форму. В подробностях не хочу даже, поскольку слишком больно. И я уже даже дергаться перестала, а только предлагаю детке уйти на семейное хоть на четверть, дать себе передышку в глобальной ситуации неуспешности. Ибо, если человек с врожденной грамотностью и вполне начитанный начинает ненавидеть русский и литературу, то это трагедия восьмидесятого уровня.
Старшая вообще радикально отличается от младшей тем, что чаще всего не знает, что у нее где. Сначала пара учебников исчезла на месяц, потом один нашелся за батареей. Периодически хожу в школьную раздевалку и шарюсь по пакетам в поисках нашей обуви, а как-то раз сидела в канцелярии и проматывала камеры в поисках сенсорного телефона.
Теперь вот мы не знаем, где наша физра, поэтому сидим на скамеечке. Справки о болезни и освобождении давно никого не печалят. Гуляй, Вася!
Позавчера приходит и говорит, что учительница физкультуры просит предоставить справку.
А мы столько всего уже напропускали, что я уж и не знаю, за какой период и вообще о чем. И пишу учительнице этот вопрос в эл. дневнике.
А вчера она мне звонит, и для нее вопрос знаете, оказывается, в чем?
Она знает, что дитя не ходит, ибо нет типа формы (которая на самом деле в школе, в поисках лыжных ботинок, я недавно ее видела в раздевалке, но, как поговаривала Роковая женщина у Тэффи, "К чему?.."). И говорит, что если на самом деле нет серьезных проблем и освобождения, найдите уж форму-то, ибо девчонка хорошая, получается у нее на физре, не хотелось бы ее потерять! Давайте ей поможем, давайте ее вытащим! Эта старая учительница, еще из тех, при которых наша школа гремела на весь район и даже на федеральном уровне. Их осталось мало. Со сменой руководства и реформами все разбежались со свистом.
Маша не очень хочет на семейное, потому что, по ее словам, ходит в школу из-за трех учителей, которых любит.

О ценностях

Мелкая занимается спортом, и теперь надо искать двадцать три тысячи на летний лагерь. И не факт, что вернут половину, ибо в том году заявление не писали, и бюджет на нас не заложен. Только если кто-то откажется. А еще я мечтаю который год не то, что перестроить - хотя бы сломать крыльцо-веранду, ибо того и гляди уже... Где деньги, Зин?
Ну так вот.
А мелкая вдруг возжелала гироскутер.
Ее состоятельная подружайка, 9 лет, "сама накопила", и купили ей за тринадцать тыщ.
Я говорю: милая, или гироскутер, или лагерь.
Милая не моргнув глазом выбирает гироскутер.
Я говорю: я пошутила, не надейся. Даже если бы мой ежемесячный доход был тысяч триста, я бы сто раз подумала, покупать ли тебе эту хрень на колесиках. Ибо и менее сложные вещи за пять минут в нашем доме превращаются в груду мусора. Производить отходы для свалки можно и каким-то более дешевым способом. Вот старшая, например, просит всего лишь скейтборд за полторы, и он у нее будет, ну и что, что на две недели, зато мама добрая.
Рыданий было литра три.
Я ушла сидеть в машину, у меня там кабинет и оазис уединения. А Маша кричала в окно: куда ты поехала, вечно нас бросаешь, что на самом деле голимое вранье, а стоило бы, сил уже нет.

Ржака

Дети просекли, что я на днях намыливаюсь типа в ресторан, и давай орать: вечно ты нас бросаешь. А мы тоже по вечерам гулять хотим! (Я бы на их месте хотела учиться и ходить на плавание, но все же люди разные, компрене ву?)))
Потом стали представлять, как я возьму их в ресторан, полвечера ржали так, что болел живот и слезы рекой лились. То есть, прихожу я такая не томная и в элегантном платье, а озабоченная домохозяйка за руки с детьми, дети уже с подвязанными салфетками, в руках ножи и вилки. Типа, дома есть нечего, принесите кастрюлю борща! А Лера живо изобразила, как она до кучи бежит на кухню и ворует там сосиски. И шустро убегает от повара, а за ней связка сосисок по полу скачет.))))))
Нафига моим детям читать книжки! Они их сами скоро писать будут. И читать в стэндапе с музыкальным сопровождением))
В последний раз я так - до боли и слез - хохотала в восьмом классе с подружкой на уроке. Был март, и ослепительное солнце через плохо помытые окна заливало безбрежным сиянием нашу парту у окна) Смеяться было нельзя, и от того ну очень хотелось!