April 14th, 2018

П

(no subject)

 В 1991 году случилось слетать на Камчатку. Отправился я туда с Чукотки, куда прилетел на каникулы из Томска – короче, чтоб с чего-нибудь начать, начну с Анадыря.
В то время между Чукоткой и Камчаткой раз в неделю летал ЯК-40. Мощный такой авиалайнер, на котором мне выпало счастье подниматься в воздух только дважды и, что характерно – столько же приземляться. Точнее, чаще, но об этом потом.
Регистрация, серьезный досмотр багажа – и вот мы пристегнуты ремнями безопасности. Ключ на старт. Слышен звук работающего стартера… и так раз десять. Рядом парень, у которого на завтра свадьба, распечатывает чекушку и выпивает, явно волнуясь. Однако, это не помогло и стартер, повизжав для приличия ещё пару раз, замер в ожидании подмоги. И она явилась. В виде бравого индивида из тех. поддержки аэропорта от которого, судя по всему, произошли в последствии все сисадмины. Он вдумчиво поскрёб пятнышко на обшивке и это нехитрое, но проверенное действие родило целый поток креатива. Развернув в проходе длиннющую схему боевых действий и постояв над ней положенное в таких случаях время, он вскрыл лючок в полу, потом следующий, потом, суеверно, ещё, пока не разобрал нафиг весь пол в самолете и не ушел в подполье ровно настолько, чтобы у моего соседа-молодожена хватило ещё на одну, причём пробка упала в строгом соответствии с жанром перестроечного бардака туда, откуда вылез весь и полностью авиаспециалист и принялся, загадочно улыбаясь, восстанавливать целостность пола, бодро притоптывая ножкой в такт сердцебиению, поправляя заодно геометрию неподатливых лючков. Подозреваю, что следующая идея была тоже его.
Ковыряния в чреве аэроплана, разумеется, ни к чему не привели. До путча оставалось дней пять.
Всё это время я, внутренне насвистывая, посматривал периодически в иллюминатор, в который и заметил приближение тягача «Белаз», размером с.
Подцепил он самолётик одной левой и смущенно поволок туда, где нас не видно было с аэровокзала.
Сосед даже пить перестал.. А я тогда и не начинал ещё.
Поставили нас рядом с полосой дожидаться прилёта чего-нибудь с пропеллерами. Как задумчиво заметил авиасисадмин, если прилетит реактивное, то может и обшивку пожечь. Пассажиров смущала перспектива лететь с обгорелым носом.
Настроение у меня было по-молодому панковское и я был готов, что нас подцепят тросом к другому самолету и выкинут в небо, аки планера. Сосед подумал так же, поэтому немедленно выпил. Не медленно.
Приземлился АН-26. Подрулил и встал хвостом перед нашим носом. Чтоб никто из нас не сбежал, пристегнули ремнями типа безопасности. На бледных лицах заиграли улыбки. Винтокрый загудел перед нами… Интересно, что чувствовали его пассажиры, сидя в предвзлетно ревущем самолете, стоящем поперек полосы?
Нас затрясло и зашвыряло. Из спинки переднего кресла на меня выпал столик, как бы предлагая отвлечься. Но тут всё стихло. Сосед откупорил 0,5, но выпить не успел, так как вышел командир экипажа в сопровождении ржущей стюардессы и по-неуставному объяснил необходимость всем выйти и подтолкнуть поближе.
Силён и жизнерадостен я тогда был неимоверно. Я не знал, сколько весит ЯК-40, а теперь не помню, но подсматривать не честно. Но вышли все. Упёрлись кто куда и таки сдвинули и, не веря в происходящее, подогнали почти вплотную к АНу. Нет, не из-за того что трос был коротким – просто таким инновационным способом хотели раскрутить турбинки Яковлева. Ну и лишнее шоу в суровых краях не помешало. Хотя, мобильники с камерами тогда были не у всех, но нас снова загрузили-привязали, я схватился за стопор столика (Чинга-Чгук ибо) и мы полетели. То есть, как бы полетели. Но трясло так, что я не видел, пил ли сосед.
Хорошо, что не завелись, короче.

Удивительное рядом

Наш ассенизатор Миша - прекрасный мальчик. Молодой, красивый, умный, интеллигентный, внимательный, профессиональный.
Загадка, да?
Почему я не вижу врачей, учителей, полиционеров, административных работников, в массе своей обладающих аналогичной совокупностью достоинств?